Книга о выдающемся актере, режиссере и писателе Василии Шукшине написана на основе большого документального материала и глубокого анализа литературных произведений оригинального прозаика, подарившего мировой литературе нового героя - причудливого мудреца, неудачника в обыденной жизни, мечтателя и своеобразного философа, обитающего в глубине народа.
Автор жизнеописания Владимир Коробов, как и его герой, прожил короткую, но яркую жизнь.
Книга иллюстрирована редкими фотографиями В.

Что с нами происходит? Этот болезненный, постоянно тревожащий душу вопрос поставил Василий Шукшин, которого нет с нами уже 35 лет. А он все мучительнее звучит перед соотечественниками, и в России не становится лучше... Как истинно русского писателя, актера, режиссера, его интересовали прежде всего нравственный мир человека, непреходящие духовные ценности — честь, долг, совесть...

Вашему вниманию предлагается сборник произведений Василия Макаровича Шукшина.

В сборник В. М. Шукшина вошли рассказы "Дядя Ермолай", "Верую!", "Упорный" и др. и повесть "До третьих петухов".

Василий Макарович Шукшин. Классик отечественной литературы. Режиссер. Сценарист. Драматург. Сатирик. Публицист. Слово Шукшина прозрачно. Слово Шукшина трагично. Слово Шукшина социально. Слово Шукшина современно. Слово мастера вечно.

Степан Разин.

Книгу замечательного русского писателя Василия Макаровича Шукшина (1929 - 1974) составили рассказы 60-х годов, повести для театра, рассказы 70-х годов, из дневников, повести для кино.

В томе представлены повести и роман "Я пришел вам дать волю" Василия Макаровича Шукшина.

В сборник рассказов лауреата Ленинской премии Василия Шукшина входят рассказы разных лет.

"Думаю, мне стоит говорить только о фильме, а киноповесть оставить в покое, потому что путь от литературы в кино - путь необратимый. Неважно, случилась тут потеря или обнаружены новые ценности, - нельзя от фильма вернуться к литературе и получить то же самое, что было сперва. Пусть попробует самый что ни на есть опытный и талантливый литератор записать фильмы Чаплина и пусть это будет так же смешно и умно, как смешны и умны фильмы, - не будет так. Это разные вещи, как и разные средства.

"Пора, однако, говорить более убедительно, почему истинная, большая литература не может служить основой для кино. А может служить основой для кино истинная, большая кинолитература.
Есть у Льва Толстого рассказ "Три смерти". Гениальный рассказ с огромной мыслью: все вечно живет и вечно умирает - по-разному только… Допустим, что у кого-то зачесались руки - поставить рассказ. С этой целью внимательно прочитаем хотя бы первую главу рассказа и прикинем, что, приблизительно, будет на экране.

В этот сборник вошли рассказы Василия Шукшина разных лет, объединенные темой провинции недавнего прошлого - темой деревни и маленького городка, которые становятся для его любящих, страдающих, мучающихся от одиночества и смутной жажды перемен и действий героев своеобразным микрокосмом, из которого они ищут и не могут найти выхода.
Крестьяне и рабочие...
Начинающие писатели, журналисты и актеры...

В этот сборник вошли рассказы Василия Шукшина разных лет, объединенные темой непредсказуемости человеческого бытия.
Любовь настигает внезапно - и столь же неожиданно обрушивается беда...
За каждым углом может поджидать приключение, иногда печальное, а иногда - напротив, забавное...
Люди, обреченные на пребывание в провинциальном микрокосме недавнего прошлого, вовсе не чувствуют себя несчастными.

"- Как же вы так живете-то? А? Как же так можно?.. Вы простите, я на "ты" перешел - это не надо. Я не ругаюсь с вами, я, правда, хочу понять: неужели так можно жить? Ведь не знает человек ни дела своего, ни... Даже знать-то не хочет, не любит, а сидит - хмурится важно... Та хоть краснеет, а этот... важный. Господи, боже мой-то, да неужели только за кусок хлеба? Да что вы, люди! Куда же мы так пришлепаем-то? Ну? Голубчик ты мой, бородка, ведь я так-то...

В этот сборник вошли рассказы Василия Шукшина разных лет, объединенные поистине "чеховской" темой "провинциального анекдота". Необычные, смешные ситуации, в которые снова и снова попадают "маленькие люди" - излюбленные герои писателя - местами напоминают классическую комедию положений, местами - шуточный народный сказ, а зачастую поднимаются до уровня высокой и горькой социальной сатиры.

"Самосвал выскочил из леса раньше, чем здесь успела прошмыгнуть бежевая красавица. И сразу обнаружилось безысходное положение: разворачиваться назад поздно? - самосвал несся в лоб, разминуться как-нибудь тоже нельзя: узка дорога... Свернуть? - с одной стороны лес, с другой целина, напитанная вчерашним дождем, - не для городской машины. Оставалось попытаться все же по целине с ходу, на скорости, объехать самосвал и выскочить опять на большак.

"Самосвал выскочил из леса раньше, чем здесь успела прошмыгнуть бежевая красавица. И сразу обнаружилось безысходное положение: разворачиваться назад поздно? - самосвал несся в лоб, разминуться как-нибудь тоже нельзя: узка дорога... Свернуть? - с одной стороны лес, с другой целина, напитанная вчерашним дождем, - не для городской машины. Оставалось попытаться все же по целине с ходу, на скорости, объехать самосвал и выскочить опять на большак.

"И вот - теперь уж Матвею скоро шестьдесят, а тогда лет двенадцать-тринадцать было - все помнится та ночь. Слились воедино конь и человек и летели в черную ночь. И ночь летела навстречу им, густо била в лицо тяжким запахом трав, отсыревших под росой. Какой-то дикий восторг обуял парнишку; кровь ударила в голову и гудела. Это было как полет - как будто оторвался он от земли и полетел.

"И вот - теперь уж Матвею скоро шестьдесят, а тогда лет двенадцать-тринадцать было - все помнится та ночь. Слились воедино конь и человек и летели в черную ночь. И ночь летела навстречу им, густо била в лицо тяжким запахом трав, отсыревших под росой. Какой-то дикий восторг обуял парнишку; кровь ударила в голову и гудела. Это было как полет - как будто оторвался он от земли и полетел.