Лучшие товары раздела
Виктор Пелевин
Сергей Минаев
Павел Санаев
Евгений Гришковец
Лучшие книги недели
Виктор Пелевин
Уинстон Черчилль
Дмитрий Петров, Вадим Борейко
Уолтер Айзексон
Фаина Раневская
Духless. Повесть о ненастоящем человеке
Сергей Минаев
Аннотация к книге "Духless. Повесть о ненастоящем человеке":
Поколению 1970-1976 годов рождения, такому многообещающему и такому перспективному. Чей старт был столь ярок и чья жизнь была столь бездарно растрачена. Да упокоятся с миром наши мечты о счастливом будущем, где все должно было быть иначе... R.I.P.
...Я не могу позволить себе, чтобы в моей машине на заднем сиденье валялась книга с названием "Комбат атакует" или "Спецназ выходит на связь". Я не смотрю "Бригаду", не люблю русский рок, у меня нет компакт-диска Сереги с "Черным "бумером". Я читаю Уэльбека, Эллиса, смотрю старое кино с Марлен Дитрих. И свои первые деньги я потратил не на "бэху" четырехлетнюю, как у пацанов, а на поездку в Париж.
И меня распирает от нежности и романтики ситуации, и мне хорошо, как в детстве, когда мама укрывала меня, спящего, одеялом. И мне кажется, что весы качнулись. И та их чаша, наполненная кусочками хорошего, осколками, покоящимися где-то в глубине меня, пошла вниз, перевесив все мои гадости, казавшиеся до сегодняшней ночи доминантами. Или все это мне только кажется?
Поколению 1970-1976 годов рождения, такому многообещающему и такому перспективному. Чей старт был столь ярок и чья жизнь была столь бездарно растрачена. Да упокоятся с миром наши мечты о счастливом будущем, где все должно было быть иначе... R.I.P.
...Я не могу позволить себе, чтобы в моей машине на заднем сиденье валялась книга с названием "Комбат атакует" или "Спецназ выходит на связь". Я не смотрю "Бригаду", не люблю русский рок, у меня нет компакт-диска Сереги с "Черным "бумером". Я читаю Уэльбека, Эллиса, смотрю старое кино с Марлен Дитрих. И свои первые деньги я потратил не на "бэху" четырехлетнюю, как у пацанов, а на поездку в Париж.
И меня распирает от нежности и романтики ситуации, и мне хорошо, как в детстве, когда мама укрывала меня, спящего, одеялом. И мне кажется, что весы качнулись. И та их чаша, наполненная кусочками хорошего, осколками, покоящимися где-то в глубине меня, пошла вниз, перевесив все мои гадости, казавшиеся до сегодняшней ночи доминантами. Или все это мне только кажется?